Марина Крамер – медик по образованию и писательница по призванию, которое почувствовала еще в детстве. Автор серии популярных детективных романов, основанных на реальных событиях. В перспективе – выход еще нескольких книг, уже не объединенных сквозной героиней, но от этого не менее захватывающих. Но и это, как выяснил « Собственник », далеко не все профессии, которые попробовала Марина в жизни…
– Марина, поскольку мы журнал не только о людях, но и о домах, я сразу буду вас расспрашивать о вашей квартире.
– Без проблем! Квартира у меня, скажем так, родительская. Получилось, что, когда мы с мужем только поженились, у нас была однокомнатная квартира, небольшая. Потом родился ребенок, потом ребенок немного вырос, и, соответственно, мы столкнулись с необходимостью как-то расширяться. Мы купили двухкомнатную квартиру, и мои родители переехали туда, а мы – в их квартиру. Причем жилье для них мы купили очень удачно, получилось, что мы живем в соседних домах.
– Наверное, в центре города?
– Нет, я живу не в центре, это такой, можно сказать, окраинный район – правда, тут надо понимать, что окраинный район в Красноярске вовсе не то же самое, что окраинный район в Москве. По сути, это единственное место в нашем городе, где вообще нет никаких промышленных предприятий. Зато рядом лес, обстановка для жизни почти идеальная.
– А сколько комнат в квартире?
– Три комнаты. И эту квартиру в ее нынешнем виде я в течение трех месяцев сделала практически сама.
– Ага, значит вы сами занимались дизайном интерьера? А к услугам профессионалов прибегнуть не было соблазна?
– Нет, ну, конечно, нельзя сказать, что я все выполнила своими руками от и до. У меня работала бригада, но привлеченного дизайнера не было. То есть генератором идей действительно выступала я сама.
– Даже специальной литературой не пользовались?
– Наоборот, накупила профильных журналов, но все равно ведь невозможно (по крайней мере я так думаю) найти в журнале, да и где бы то ни было, идею в готовом виде. Так, чтобы ее можно было воплотить в жизнь, не привнося ничего своего. И уж, по крайней мере если говорить об интерьерных журналах, ни разу такого не было, чтобы я увидела готовую работу и поняла: вот это мое. Но, конечно, какие-то детали я находила для себя именно в журналах – что-то в одном, что-то в другом.
– И как вам итог – остались довольны своим обновленным жилищем?
– Вы знаете, когда мы закончили и вывезли весь строительный мусор, у нас ребенок катался на велосипеде по квартире! В общем, остались довольны.
– Такая огромная квартира, что можно на велосипеде кататься?
– Да нет, на самом деле дом – обычная «панелька». Дому 30 лет, можно сказать, еще новый.
– А за счет чего получился «велодром»? Что-то перепланировали?
– Глобальных перемен не стали делать, три комнаты так и оставили, как было. Все-таки как минимум ребенку нужно отдельное помещение.
– А вам – рабочий кабинет?
– Ну, когда мы затевали ремонт, я не думала, что мне понадобится дома отдельное рабочее место. Я не планировала еще в тот момент заниматься литературой. Я тогда работала в больнице, книг не писала, так что отдельный кабинет мне не был нужен.
Увлекло меня это – я имею сейчас в виду оформление интерьера – тогда довольно сильно. Я помогала потом с интерьером сестре, в общем, не оставляла это занятие. У меня одно время, между прочим, была строительная фирма, мы занимались ремонтами. Начинали с малого – брали квартиры «поштучно». А потом начали, что называется, в промышленных масштабах работать. Это уже были договоры с администрацией.
– То есть, грубо говоря, была возможность целый дом брать для ремонта?
– В принципе да. Мы брали заказы подъездами, устанавливали окна и так далее…
– Да, нетривиальный аспект дописательской биографии! Скажите, а о загородном доме вы не думали? Нет желания всей семьей жить в одном доме, на природе?
– Я подумываю об этом, но пока, честно говоря, как-то не могу определиться. Тем более что у нас в городе ситуация сейчас такая: цены на квартиры падают, а вот на загородные дома, как ни странно, нет. Цена на коттеджные поселки как стояла, так и стоит: вот дом стоил, допустим, 15 миллионов, и так и стоит по сей день, несмотря на кризис.
К тому же, если перебираться за город, потребуется еще и средство передвижения: жизнь-то у меня довольно мобильная. За городом не будешь отсиживаться. А с автомобилями, если честно, отношения у меня довольно напряженные.
– Я так поняла, вы довольно давно занимаетесь темой строительства и интерьера?
– Ну, достаточно давно. Лет 9, по-моему.
– А есть ли у вас какие-то любимые направления, школы, стили в дизайне? Наверняка за время дизайнерской практики сформировались предпочтения?
– У меня нет одного-единственного любимого стиля. Надо сказать, у меня и дома нет единого стиля – каждая комната оформлена по-своему, в своем собственном духе.
Для кухни я предпочитаю классический стиль, массивную деревянную мебель. Допускаю элементы деревенского стиля. Гостиная у меня – полнейший минимализм. И не только по стилю. Еще и очень мало мебели, откровенно говоря, кроме дивана ничего и нет. Диван и телевизор.
Это, наверное, еще из детства осталось: я человек советский, выросший в СССР, и со всем тогдашним интерьерным мейнстримом я очень хорошо знакома. Так что неприятие стенок, горок, заставленных всякой ерундой, хрусталем, стеклянными фигурками и так далее, – оно, наверное, родом из детства. Я терпеть не могу скапливающееся в интерьере барахло, у меня ничего лишнего нет.
Спальня у нас дома «японская». Я увлекаюсь Японией, так что и кровать у нас в этом стиле, веера, статуэтки японские использовала в оформлении. Ну а детская – это детская, там главное – удобство и функциональность.
– А где же все-таки вы работаете? Понятно, что, когда покупали квартиру, кабинет не планировали, но теперь-то вам определенно нужно рабочее место?
– Работаю в зале.
– В том самом, где диван и телевизор?
– Ну да, я сажусь спиной к телевизору, так что он мне абсолютно не мешает, не отвлекает даже включенный.
– А как же звук?
– Тоже нисколько не мешает, я его просто не замечаю – более чем спокойно к шуму отношусь.
– А где до этого приходилось жить? В детстве, например?
– В детстве мы жили все вместе большой семьей: дедушка, бабушка, родители, прабабушка и я. Это был сталинский дом, габариты квартиры позволяли всем существовать, не мешая друг другу. А потом начали потихоньку разъезжаться. По большому счету, в той квартире, где обитаем мы сейчас с семьей, я прожила всю жизнь. Не считая раннего детства и трехлетнего перерыва, когда мы с мужем жили в однокомнатной квартире. Я вообще очень консервативный человек.
– А в Москве часто бываете?
– Сейчас, конечно, приходится часто приезжать.
– Останавливаетесь в гостинице?
– В основном да, хотя был и период, когда жила у подруги, бывало, что приходилось и квартиры снимать. А вообще, я нормально переношу гостиничный быт, путешествия, связанные с этим бытовые трудности и ограничения. Тем более что я сейчас, помимо писательской деятельности, еще и работаю в клубе бального танца, где занимается мой ребенок, так что все эти разъезды, путешествия из города в город, из гостиницы в гостиницу – дело совершенно рядовое. Надо значит надо.
– А вам Москва нравится? Вам ведь есть с чем сравнить, взгляд не такой «замыленный», как у тех, кто здесь постоянно живет?
– Если говорить отстраненно, не примеряя к себе, то Москва мне нравится. Но жить здесь я бы не хотела. Вряд ли я бы смогла остаться здесь насовсем. Знаете, есть ощущение «мой город» и «не мой город». Так вот, Москва – не мой город.
– Как вам те изменения, которые в Москве происходят, скажем, в последние 10 лет?
– То, как Москва меняется, мне нравится. Люблю я, конечно, больше старую часть города, те кварталы, которые сохранили историческую атмосферу. Но город растет, нужно где-то жить, нельзя же всем втиснуться в исторический центр. Так что я к разрастающимся спальным районам нормально отношусь, пусть и не слишком хорошо знаю их все. Вот то, что старинные здания сносят, мне не нравится. Я считаю, их все-таки нужно сохранять в первозданном виде, максимально к этому стремиться, иначе получится так, что после нас ничего не останется. Будет, может быть, и эффектно, и даже красиво, но это будет уже не тот город.
– Я знаю, что вы пишете истории, которые во многом основаны на событиях из реальной жизни. А переносите что-то из интерьеров, из вашего окружения в книги?
– Конечно! Когда рисуешь какую-то ситуацию, перед глазами должна быть картинка, которую ты и «покажешь» потом читателю. Читатель будет видеть и хорошо представлять, в каком интерьере происходят события, в каком месте. Мелочи зачастую создают все настроение.
– А свою квартиру, какие-то элементы ее интерьера можете «показать» читателю?
– Нет. Свое я берегу, и в личное пространство крайне неохотно кого-то пускаю. Тем более большую читательскую аудиторию. Все-таки личное – это личное.
– В заключение задам «вечный» вопрос: что для вас дом?
– Дом – это место, куда тебе хочется возвращаться из любых обстоятельств. Что бы ни случилось, как бы ни было тебе где-то хорошо или, наоборот, плохо, должно быть место, куда ты приходишь, расслабляешься, где тебя окружают любимые вещи и любимые люди. И у моего мужа к дому такое же отношение, к счастью. Он в свое время тоже довольно много ездил, так получалось по работе. И когда мы с ним стали жить вместе, то стали устраивать в доме все так, чтобы туда хотелось вернуться. Ведь мужчине, между прочим, всегда важно, чтобы его ждал дом, ждала жена…
– И вы ждете? При вашем-то графике?
– Жду, конечно! Стараюсь по мере возможности.
Свежие обзоры о новостройках
